Святитель лука войно ясенецкий родился. биография святителя луки

Архиепископ Лука (в миру Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий) - профессор медицины и духовный писатель, епископ Русской православной церкви; с 1946 года - архиепископ Симферопольский и Крымский. Был одним из самых крупных теоретиков и практиков гнойной хирургии, за учебник по которой был в 1946 году удостоен Сталинской премии (была передана Владыкой детям-сиротам). Теоретические и практические открытия Войно-Ясенецкого спасли в годы Отечественной войны жизнь буквально сотен и сотен тысяч русских солдат и офицеров.

Архиепископ Лука стал жертвой политических репрессий и провёл в ссылке в общей сложности 11 лет. Реабилитирован в апреле 2000 года. В августе того же года канонизирован Русской православной церковью в сонме новомучеников и исповедников Российских.

Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий родился 27 апреля 1877 года в Керчи в семье провизора Феликса Станиславовича и его супруги Марии Дмитриевны и принадлежал к древнему и знатному, но обедневшему польскому дворянскому роду. Дед жил в курной избе, ходил в лаптях, правда, имел мельницу. Отец его был был ревностным католиком, мать — православной. По законам Российской империи дети в подобных семьях должны были воспитываться в православной вере. Мать занималась благотворительностью, творила добрые дела. Однажды она принесла в храм блюдо с кутьей и после панихиды случайно оказалась свидетельницей дележа ее приношения, после этого она больше никогда не переступала порога церкви.

По воспоминаниям святителя, свою религиозность он унаследовал от очень благочестивого отца. На формирование его православных взглядов оказала огромное влияние Киево-Печерская Лавра. Одно время он увлекся идеями толстовства, спал на полу на ковре и ездил за город косить рожь вместе с крестьянами, но прочитав внимательно книжку Л. Толстого «В чем моя вера?», он сумел разобраться в том, что толстовство – издевательство над православием, а сам Толстой – еретик.

В 1889 году семья переехала в Киев, где Валентин окончил гимназию и художественную школу. После окончания гимназии стал перед выбором жизненного пути между медициной и рисованием. Подал документы в Академию Художеств, но, поколебавшись, решил выбрать медицину как более полезную обществу. В 1898 году стал студентом медицинского факультета Киевского университета и «из неудавшегося художника стал художником в анатомии и хирургии». После блестяще сданных выпускных экзаменов удивил всех, заявив, что станет земским «мужицким» доктором.

В 1904 году в составе Киевского медицинского госпиталя Красного Креста отправился на Русско-Японскую войну, где получил большую практику, делая крупные операции на костях, суставах и черепе. Многие раны на третий-пятый день покрывались гноем, а на медицинском факультете отсутствовали даже понятия гнойной хирургии, обезболивания и анестезиологии.

В 1904 году он женится на сестре милосердия Анне Васильевне Ланской, которую называли «святой сестрой» за доброту, кротость и глубокую веру в Бога. Она дала обет безбрачия, но Валентин сумел добиться её расположения и она нарушила этот обет. В ночь перед венчанием во время молитвы ей показалось, что Христос на иконе отвернулся от нее. За нарушение обета Господь тяжело наказал ее невыносимой, патологической ревностью.

С 1905 по 1917 гг. работал земским врачом в больницах Симбирской, Курской, Саратовской и Владимирской губернии и проходил практику в Московских клиниках. За это время он сделал множество операций на мозге, органах зрения, сердце, желудке, кишечнике, желчных путях, почках, позвоночнике, суставах и т.д. и внес много нового в технику операций. В 1908 году он приезжает в Москву и становится экстерном хирургической клиники профессора П. И. Дьяконова.

В 1915 году в Петрограде вышла книга Войно-Ясенецкого «Региональная анестезия», в которой Воино-Ясенецкий обобщил результаты исследований и свой богатейший хирургический опыт. Он предложил новый совершенный метод местной анестезии — прервать проводимость нервов, по которым передается болевая чувствительность. Годом позже он защитил свою монографию «Региональная анестезия» как диссертацию и получил степень доктора медицины. Его оппонент известный хирург Мартынов сказал: «когда я читал Вашу книгу, то получил впечатление пения птицы, которая не может не петь, и высоко оценил ее». За эту работу Варшавский университет присудил ему премию имени Хойнацкого.

1917 год был переломным не только для страны, но и лично для Валентина Феликсовича. Заболела туберкулезом его жена Анна и семья переехала в Ташкент, где ему предложили должность главного врача городской больницы. В 1919 г. жена скончалась от туберкулеза, оставив четверых детей: Михаила, Елену, Алексея и Валентина. Когда Валентин читал Псалтирь над гробом жены, его поразили слова 112 псалма: «И неплодную вселяет в дом матерью, радующеюся о детях». Он расценил это как указание Божие на операционную сестру Софию Сергеевну Белецкую, о которой он знал только то, что она недавно похоронила мужа и была неплодной, то есть бездетной, и на которую он может возложить заботы о своих детях и их воспитании. Едва дождавшись утра, он пошел к Софье Сергеевне «с Божьим повелением ввести ее в свой дом матерью, радующеюся о детях». Она с радостью согласилась и стала матерью четырем детям Валентина Феликсовича, избравшего после кончины жены путь служения Церкви.

Валентин Войно-Ясенецкий был одним из инициаторов организации Ташкентского университета и с 1920 г. избран профессором топографической анатомии и оперативной хирургии этого университета. Хирургическое искусство, а с ним и известность проф. Войно-Ясенецкого все возрастали.

Сам он все больше находил утешение в вере. Посещал местное православное религиозное общество, изучал богословие. Как-то «неожиданно для всех, прежде чем начать операцию, Войно-Ясенецкий перекрестился, перекрестил ассистента, операционную сестру и больного. Однажды после крестного знамения больной - по национальности татарин - сказал хирургу: „Я ведь мусульманин. Зачем же Вы меня крестите?“ Последовал ответ: „Хоть религии разные, а Бог один. Под Богом все едины“».

Однажды он выступил на епархиальном съезде «по одному очень важному вопросу с большой горячей речью». После съезда Ташкентский епископ Иннокентий (Пустынский) сказал ему: «Доктор, вам нужно быть священником». «У меня не было и мыслей о священстве, — вспоминал Владыка Лука, — но слова Преосвященного Иннокентия я принял как Божий призыв архиерейскими устами, и минуты не размышляя: «Хорошо, Владыко! Буду священником, если это угодно Богу!»

Вопрос о рукоположении был решен так быстро, что ему даже не успели сшить подрясник.

7 февраля 1921 г. был рукоположен во диакона, 15 февраля — во иерея и назначен младшим священником Ташкентского кафедрального собора, оставаясь и профессором университета. В священном сане он не перестает оперировать и читать лекции.

Волна обновленчества 1923 года доходит и до Ташкента. И в то время, когда обновленцы ждали прибытия в Ташкент «своего» епископа, в городе вдруг объявился местный епископ, верный сторонник Патриарха Тихона.

Им стал в 1923 году святитель Лука Войно-Ясенецкий. В мае 1923 г. он принял монашество в собственной спальне с именем в честь св. апостола и евангелиста Луки, который, как известно, был не только апостол, но и врач, и художник. А вскоре был хиротонисан тайно во епископа Ташкентского и Туркестанского.

Через 10 дней после хиротонии он был арестован как сторонник Патриарха Тихона. Ему предъявили нелепое обвинение: сношения с оренбургскими контрреволюционными казаками и связь с англичанами.

Войно-Ясенецкий в ссылке

В тюрьме ташкентского ГПУ он закончил свой, впоследствии ставший знаменитым, труд «Очерки гнойной хирургии». На заглавном листе владыка написал: «Епископ Лука. Профессор Войно-Ясенецкий. Очерки гнойной хирургии».

Так исполнилось таинственное Божие предсказание об этой книге, которое он получил еще в Переславле-Залесском несколько лет назад. Он услышал тогда: «Когда эта книга будет написана, на ней будет стоять имя епископа ».

«Пожалуй, нет другой такой книги, — писал кандидат медицинских наук В.А. Поляков, — которая была бы написана с таким литературным мастерством, с таким знанием хирургического дела, с такой любовью к страдавшему человеку».

Несмотря на создание великого, фундаментального труда последовало заключение владыки в Таганскую тюрьму в Москве. Из Москвы св. Луку отправили в Сибирь. Тогда-то впервые у епископа Луки сильно прихватило сердце.

Сосланный на Енисей, 47-летний епископ опять едет в поезде по дороге, по которой в 1904 году ехал в Забайкалье совсем молодым хирургом…

Тюмень, Омск, Новосибирск, Красноярск… Затем, в лютую январскую стужу заключенных повезли на санях за 400 километров от Красноярска - в Енисейск, а потом еще далее - в глухую деревню Хая в восемь домов, в Туруханск… Иначе как преднамеренным убийством это назвать было нельзя, и свое спасение в пути за полторы тысячи верст в открытых санях на жестоком морозе он позднее объяснял так: «В пути по замерзшему Енисею в сильные морозы я почти реально ощущал, что со мной - Сам Иисус Христос, поддерживающий и укрепляющий меня»…

В Енисейске прибытие врача-епископа произвело сенсацию. Восхищение им достигло апогея, когда он сделал экстракцию врожденной катаракты трем слепым маленьким мальчикам-братьям и сделал их зрячими.

Дети епископа Луки в полной мере заплатили за «поповство» отца. Сразу после первого ареста их выгнали из квартиры. Потом от них будут требовать отречься от отца, будут исключать из института, «травить» на работе и на службе, клеймо политической неблагонадежности будет преследовать их много лет… Его сыновья пошли по стопам отца, избрав медицину, но никто из четверых не разделил его страстной веры в Христа.

В 1930 году последовал второй арест и вторая, трехлетняя ссылка, после возвращения из которой он ослеп на один глаз, а за ней и третья - в 1937-м, когда начался наиболее страшный для Святой Церкви период, унесший жизни многих-многих верных священнослужителей. Впервые владыка узнал, что такое пытки, допрос конвейером, когда сутками следователи сменяли друг друга, били ногами, кричали озверело.

Начались галлюцинации: желтые цыплята бежали по полу, внизу, в огромной впадине виделся город, ярко залитый светом фонарей, по спине ползли змеи. Но пережитые епископом Лукой скорби нисколько не подавили его, но, напротив, утвердили и закалили его душу. Владыка дважды в день вставал на колени, обратившись к востоку, и молился, не замечая ничего вокруг себя. В камере, до отказа наполненной измученными, озлобленными людьми, неожиданно становилось тихо. Его опять сослали в Сибирь, на сто десятый километр от Красноярска.

Начало Второй мировой войны застало 64-летнего епископа Луку Войно-Ясенейкого в третьей ссылке. Он отправляет телеграмму Калинину, в которой пишет: «являясь специалистом по гнойной хирургии, могу оказать помощь воинам в условиях фронта или тыла, там, где мне будет доверено… По окончании войны готов вернуться в ссылку. Епископ Лука».

Его назначают консультантом всех госпиталей Красноярского края - на тысячи километров не было специалиста более необходимого и более квалифицированного. Подвижнический труд архиепископа Луки был отмечен медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», Сталинской премией Первой степени за научную разработку новых хирургических методов лечения гнойных заболеваний и ранений.

Слава архиепископа Луки становилась всемирной. Его фотографии в архиерейском облачении передавались по каналам ТАСС за рубеж. Владыку все это радовало лишь с одной точки зрения. Свою научную деятельность, публикации книг и статей он рассматривал как средство поднятия авторитета Церкви.

В мае 1946 года владыка был переведен на должность архиепископа Симферопольского и Крымского. Студенческая молодежь отправилась встречать его на вокзал с цветами.

Перед этим он какое-то время послужил в Тамбове. Там с ним произошла такая история. Одна женщина-вдова стояла возле церкви, когда владыка шел на службу. «Почему ты, сестра, стоишь такая грустная?» – спросил владыка. А она ему: «У меня пятеро детей маленьких, а домик совсем развалился». После службы повел он вдову к себе домой и дал денег на постройку дома.

Примерно в то же время ему окончательно запретили выступать на медицинских съездах в архиерейском облачении. И его выступления прекратились. Он все отчетливее понимал, что совмещать архиерейское и врачебное служение становится все труднее. Его медицинская практика стала сокращаться.

В Крыму владыку ждала суровая борьба с властями, которые в 50-е годы одну за другой закрывали церкви. Одновременно развивалась его слепота. Кто не знал об этом, не мог бы и подумать, что совершающий Божественную литургию архипастырь слеп на оба глаза. Он осторожно благословлял Святые Дары при их пресуществлении, не задевая их ни рукой, ни облачением. Все тайные молитвы владыка читал на память.

Жил он, как всегда, в бедности. Всякий раз, как племянница Вера предлагала сшить новую рясу, она слышала в ответ: «Латай, латай, Вера, бедных много».

В то же время секретарь епархии вел длинные списки нуждающихся. В конце каждого месяца по этим спискам рассылались тридцать-сорок почтовых переводов. Обед на архиерейской кухне готовился на пятнадцать-двадцать человек. Приходило много голодных детей, одиноких старых женщин, бедняков, лишенных средств к существованию.

Крымчане очень любили своего владыку. Как-то в начале 1951 года архиепископ Лука вернулся самолетом из Москвы в Симферополь. В результате какого-то недоразумения на аэродроме никто его не встретил. Полуслепой владыка растерянно стоял перед зданием аэропорта, не зная, как добраться до дома. Горожане узнали его, помогли сесть в автобус. Но когда архиепископ Лука собрался выходить на своей остановке, по просьбе пассажиров шофер свернул с маршрута и, проехав три лишних квартала, остановил автобус у самого крыльца дома на Госпитальной. Владыка вышел из автобуса под аплодисменты тех, кто едва ли часто ходил в храм.

Ослепший архипастырь также продолжал управлять Симферопольской епархией в течение трех лет и иногда принимать больных, поражая местных врачей безошибочными диагнозами. Практическую врачебную деятельность он оставил еще в 1946 году, но продолжал помогать больным советами. Епархией же управлял до самого конца с помощью доверенных лиц. В последние годы своей жизни он только слушал, что ему читают и диктовал свои работы и письма.

Скончался Владыка 11 июня 1961 года в День Всех Святых, в земле Российской просиявших, и был похоронен на церковном кладбище при Всехсвятском храме Симферополя. Несмотря на запрет властей, его провожал весь город. Улицы были забиты, прекратилось абсолютно все движение. До самого кладбища путь был усыпан розами.

Могила Архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого) в Симферополе

В 1996 г. были обретены нетленными его честные мощи, которые покоятся ныне в Свято-Троицком кафедральном соборе Симферополя. В 2000 г. на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви он был причислен к лику святых как святитель и исповедник.

Рака с мощами св.Луки Войно-Ясенецкого в Свято-Троицком кафедральном соборе Симферополя

Тропарь, глас 1
Возвестителю пути спасительного, исповедниче и архипастырю Крымския земли, истинный хранителю отеческих преданий, столпе непоколебимый, Православия наставниче, врачу богомудрый, святителю Луко, Христа Спаса непрестанно моли веру непоколебиму православным даровати и спасение, и велию милость.

Кондак, глас 1
Якоже звезда всесветлая, добродетельми сияющи, был еси святителю, душу же равноангельну сотворил, сего ради святительства саном почется, во изгнании же от безбожных много пострадал и непоколебим верою пребыв, врачебною мудростию многия исцелил еси. Темже ныне честное тело твое от земленных недр обретенное дивно Господь прослави, да вси вернии вопием ти: радуйся, отче святителю Луко, земли Крымстей похвало и утверждение.

Ток-шоу «ПУСТЬ ГОВОРЯТ». СВЯТИТЕЛЬ ЛУКА: ЧУДО МОЛИТВЫ (эфир от 24.01.2013)

Выпуск программы от 24 января 2013 года.
Антон и Виктория Макарские почти 14 лет вместе. Все эти годы они мечтали и молились о рождении ребенка. Полгода назад чудо свершилось — на свет появилась долгожданная дочь Машенька. Виктория уверена: счастьем материнства она обязана Святителю Луке Крымскому.

Назару Стадниченко 23 года. Молодой человек мечтал стать великим пианистом, но случилась беда, и он чуть не лишился пальцев на руке. Мама Назара молилась Святому Луке об исцелении сына, и он услышал ее.

Мужа правнучки Святителя Луки Татьяны Войно-Ясенецкой Сергея несколько лет назад тоже исцелила молитва. Врачи были в шоке: после тяжелой формы туберкулеза у мужчина полностью восстановилось легкое.

В студии «Пусть говорят» — родственники Святого Луки Крымского, которые продолжают его благое дело — лечат людей, а также те, кого исцелила молитва Святителю. Земной путь выдающегося ученого и врача Валентина Феликсовича Войно-Ясенецкого и чудеса веры от Святителя Луки.

Документальный фильм из цикла «СВЯТЫЕ»: Премия Сталина для архиепископа Луки (2010)

О фильме : Великая Отечественная война. «Настольная книга» хирургов во всех санитарных эшелонах и военных госпиталях — «Очерки гнойной хирургии». Она помогает спасти десятки тысяч жизней. Ее автор — главный консультант всех эвакогоспиталей Красноярской области, хирург, профессор Валентин Феликсович Войно — Ясенецкий. Он же — архиепископ Лука. Ученый — и служитель церкви. Кем он был в большей степени? Хирургом или священником? И за что наградил глава атеистического государства православного архиепископа?

Святитель Лука (Войно-Ясенецкий)

Информация о фильме
Название : Святитель Лука (Войно-Ясенецкий)
Год выхода: 2004
Жанр: Документальный
Страна: Россия
Режиссер: Игорь Красовский

О фильме: Жизнеописание Святителя Луки Войно-Ясенецкого. Уникальные хроники, кадры из жизни святого.

Величайшим святым нашего времени является святитель Лука (Войно-Ясенецкий). Богослов и хирург с мировым именем, представитель известного дворянского рода. Ему установлены памятники в Тамбове и Симферополе. А третий по счету собираются возвести в Красноярске, куда был переведен опальный профессор осенью 1941 года. Здесь он был консультантом всех госпиталей и хирургом эвакогоспиталя. Деятельность хирурга сочетал с епископским служением.

Лука (Войно-Ясенецкий) (1877 - 1961), исповедник, архиепископ Симферопольский и Крымский, святитель.

Память - 5 марта, 29 мая, в Соборах новомучеников и исповедников Российских, Воронежских, Крымских, Курских, Ростово-Ярославских святых.

* * *


В миру Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий, родился 27 апреля 1877 г. в Керчи, в семье провизора Феликса Станиславовича и его супруги Марии Дмитриевны Войно-Ясенецких. Отец его был был ревностным католиком, часто ходил в костел и подолгу молился дома, но своих домашних не принуждал принимать католицизм. Мария Дмитриевна была по рождению православной, хотя в церковь не ходила, молилась дома. По законам Российской империи дети в подобных семьях должны были воспитываться в православной вере. Валентин был третьим из пятерых детей.

Родители его вскоре переехали в Киев, где он в 1896 году одновременно окончил 2-ю Киевскую гимназию в Киевское художественное училище. У юноши проявилось художественное дарование, наметилось и направление, проникнутое религиозной идеей. Валентин ходил по церквам и в Киево-Печерскую Лавру, делал много зарисовок богомольцев, за которые получил премию на выставке в училище. Он собирался поступить в Академию художеств, но желание приносить непосредственную пользу народу заставило его изменить свои планы.

Валентин Феликсович проучился год на юридическом факультете, затем перешел на медицинский факультет Киевского университета.

Он учится блестяще. "На третьем курсе, -- пишет он в "Мемуарах", - произошла интересная эволюция моих способностей: умение весьма тонко рисовать и любовь к форме перешли в любовь к анатомии..."

В 1903 г. с отличием окончил университет. Невзирая на уговоры друзей заняться наукой, он объявил о своем желании всю жизнь быть "мужицким", земским врачом, помогать бедным людям.

В январе 1904 г. во время войны с Японией, направлен с госпиталем Красного Креста на Дальний Восток и работал в г. Чите заведующим хирургического отделения госпиталя. Здесь Валентин Феликсович познакомился с сестрой милосердия Анной Ланской, которую раненые называли "святой сестрой" и женился на ней.


Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий, около 1910 года


С 1905 по 1917 гг. работал земским врачом в больницах Симбирской, Курской, Саратовской и Владимирской губернии и проходил практику в Московских клиниках. За это время он сделал множество операций на мозге, органах зрения, сердце, желудке, кишечнике, желчных путях, почках, позвоночнике, суставах и т.д. и внес много нового в технику операций. В 1908 году он приезжает в Москву и становится экстерном хирургической клиники профессора П. И. Дьяконова.


Хирург В. Ф. Войно–Ясенецкий (слева) проводит операцию в земской больнице


Во время первой мировой войны в нем пробудилось религиозное чувство, забытое было за множеством научной работы, и он начал постоянно ходить в церковь.

В 1916 г. защитил в Москве диссертацию на тему: "Регионарная анестезия", о которой его оппонент, известный хирург Мартынов сказал: "Мы привыкли к тому, что докторские диссертации обычно пишутся на заданную тему, с целью получения высших назначений по службе, и научная ценность их невелика. Но когда я читал Вашу книгу, то получил впечатление пения птицы, которая не может не петь, и высоко оценил ее". Получил степень доктора медицины. Варшавский университет удостоил его диссертацию крупной премии имени Хайницкого.

В 1917 г. получил по конкурсу место главного врача и хирурга Ташкентской больницы, преподает в медицинской школе, преобразованной затем в медицинский факультет.

В 1919 г. его жена скончалась от туберкулеза, оставив четверых детей: Михаила, Елену, Алексея и Валентина.


Жена Валентина Феликсовича Анна Васильевна Войно-Ясенецкая (Ланская)


Валентин Войно-Ясенецкий был одним из инициаторов организации Ташкентского университета и с 1920 г. избран профессором топографической анатомии и оперативной хирургии этого университета. Хирургическое искусство, а с ним и известность проф. Войно-Ясенецкого все возрастали. В разного рода сложных операциях он изыскивал и первым применял методы, получившие затем повсеместное признание. Его бывшие ученики рассказывали чудеса об его изумительной хирургической технике. На его амбулаторные приемы больные шли непрерывным потоком.

Сам он все больше находил утешение в вере. Посещал местное православное религиозное общество, изучал богословие, ближе сошелся с духовенством, принимал участие в церковных делах. Как он сам рассказывал, однажды он выступил на епархиальном съезде "по одному очень важному вопросу с большой горячей речью". После съезда Ташкентский епископ Иннокентий (Пустынский) сказал ему: "Доктор, вам нужно быть священником". "У меня не было и мыслей о священстве, - вспоминал Владыка Лука, - но слова Преосвященного Иннокентия я принял как Божий призыв архиерейскими устами, и минуты не размышляя: "Хорошо, Владыко! Буду священником, если это угодно Богу!"

Рукоположение

7 февраля 1921 г. был рукоположен во диакона, 15 февраля - во иерея и назначен младшим священником Ташкентского кафедрального собора, оставаясь и профессором университета. В священном сане он не перестает оперировать и читать лекции. В октябре 1922 года он активно участвует в первом научном съезде врачей Туркестана.

Волна обновленчества 1923 года доходит и до Ташкента. Епископ Иннокентий (Пустынский) покинул город, не передав никому кафедру. Тогда отец Валентин вместе с протоиереем Михаилом Андреевым приняли управление епархией, объединили всех оставшихся верными священников и церковных старост и устроили с разрешения ГПУ съезд.

В мае 1923 г. принял монашество с именем в честь св. апостола и евангелиста Луки, который, как известно, был не только апостол, но и врач, и художник.

Епископ Ташкентский и Туркестанский

12 мая 1923 года хиротонисан тайно во епископа Ташкентского и Туркестанского в г. Пенджекенте епископом Болховским Даниилом и епископом Суздальским Василием. На хиротонии присутствовал ссыльный священник Валентин Свенцицкий.

10 июня 1923 года был арестован как сторонник Патриарха Тихона. Ему предъявили нелепое обвинение: сношения с оренбургскими контрреволюционными казаками и связь с англичанами. В тюрьме ташкентского ГПУ он закончил свой, впоследствии ставший знаменитым, труд "Очерки гнойной хирургии".

В августе его отправили в московское ГПУ.

В Москве владыка получил разрешение жить на частной квартире. Служил с Патриархом Тихоном литургию в церкви Воскресения Христова в Кадашах. Святейший подтвердил право епископа Туркестанского Луки продолжать заниматься хирургией.

В Москве еп. Лука был снова арестован и помещен в Бутырскую, а затем в Таганскую тюрьму, где перенес тяжелый грипп. К декабрю был сформирован восточно-сибирский этап, и епископ Лука вместе с протоиереем Михаилом Андреевым были отправлены в ссылку на Енисей. Путь лежал через Тюмень, Омск, Новониколаевск (ныне Новосибирск), Красноярск. Арестантов везли в столыпинских вагонах, а последнюю часть пути до Енисейска - 400 километров - в лютую январскую стужу им пришлось преодолеть на санях. В Енисейске все оставшиеся открытыми церкви принадлежали "живоцерковникам", и епископ служил на квартире. Ему разрешили оперировать. В начале 1924 года, по свидетельству жительницы Енисейска, епископ Лука пересадил почки теленка умирающему мужчине, после чего больному стало легче. Но официально первой подобной операцией считается проведенная доктором И. И. Вороным в 1934 году пересадка почки свиньи женщине, больной уремией.

Второй арест

В марте 1924 года был вновь арестован и отправлен под конвоем в Енисейскую область, в деревню Хая на реке Чуне. В июне он снова возвращается в Енисейск, но вскоре следует высылка в Туруханск, где он служит, проповедует и оперирует.

В январе 1925 года его высылают в Плахино - глухое место на Енисее за Полярным Кругом, в апреле переводят снова в Туруханск.

Все многочисленные церкви г. Енисейска, где он жил, так же, как и церкви областного города Красноярска, были захвачены обновленцами. Епископ Лука с тремя сопровождавшими его священниками совершал литургию в своей квартире, в зале, и даже рукополагал там священников, за сотни верст приезжавших к православному архиерею.

Епископ Ташкентский и Туркестанский (повторно)

25 января 1925 года был вновь назначен на Ташкентскую и Туркестанскую кафедру.

Епископ Елецкий

С 5 октября по 11 ноября 1927 г. - епископ Елецкий, викарий Орловской епархии.

С ноября 1927 г. проживал в Красноярском крае, затем в городе Красноярске, где служил в местном храме и работал врачом в городской больнице.

Третий арест

6 мая 1930 году арестован по делу о смерти профессора медицинского факультета по кафедре физиологии Ивана Петровича Михайловского, застрелившегося в невменяемом состоянии. 15 мая 1931 года, после года тюремного заключения, был вынесен приговор (без суда): ссылка на три года в Архангельск.

В 1931-1933 годах живет в Архангельске, ведет амбулаторный прием больных. Вера Михайловна Вальнева, у которой он жил, лечила больных самодельными мазями из почвы - катаплазмами. Владыку заинтересовал новый метод лечения, и он применил его в условиях больницы, куда устроил на работу Веру Михайловну. И в последующие годы проводил многочисленные исследования в этой области.

В ноябре 1933 года владыка не принял предложение митрополита Сергия (Страгородского) занять свободную епископскую кафедру. Пробыв недолго в Крыму, владыка возвратился в Архангельск, где принимал больных, но не оперировал.

Весной 1934 года посещает Ташкент, затем переезжает в Андижан, оперирует, читает лекции. Здесь он заболевает лихорадкой папатачи, которая грозит потерей зрения, после неудачной операции он слепнет на один глаз. Он совершает церковные службы и руководит отделением ташкентского Института неотложной помощи.

В этом же году, наконец, удается издать "Очерки гнойной хирургии". "Пожалуй, нет другой такой книги, - писал кандидат медицинских наук В.А. Поляков, - которая была бы написана с таким литературным мастерством, с таким знанием хирургического дела, с такой любовью к страдавшему человеку".

Четвертый арест


Епископ Лука. Ташкент, тюрьма НКВД. 193 7


13 декабря 1937 года - новый арест. В тюрьме владыку допрашивают конвейером (13 суток без сна), с требованием подписать протоколы. Он объявляет голодовку (18 суток), протоколов не подписывает. Следует новая высылка в Сибирь.


Епископ Лука. Ташкент, тюрьма НКВД. 1939 год


С 1937 года по 1941 жил в селе Большая Мурта Красноярской области. Началась Великая Отечественная война. В сентябре 1941 года владыка был доставлен в Красноярск для работы в местном эвакопункте - здравоохранительном учреждении из десятков госпиталей, предназначенных для лечения раненых.

Архиепископ Красноярский

Б ыл возведен в сан архиепископа.

В конце 1943 года переезжает в г. Тамбов. Хотя зрение его начало заметно ухудшаться, но он ведет активную работу в эвакогоспиталях, выступает с докладами, читает лекции для врачей, учит их и словом и делом.

Тамбовский архиепископ

В январе 1944 г. назначен архиепископом Тамбовским и Мичуринским. Он продолжает медицинскую работу: на его попечении 150 госпиталей.


Ко времени пребывания архп. Луки в Тамбове относится страничка воспоминаний о нем В.А. Полякова. Он пишет:

"В один из воскресных дней 1944 г. меня вызвали в Тамбов на совещание начальников и главных хирургов госпиталей Воронежского военного округа. В то время я был ведущим хирургом госпиталя на 700 коек, стоявшего в Котовске.

На совещание собралось много народа. Все расселись по своим местам и за столом президиума уже поднялся председательствующий чтобы объявить название доклада.

Но, вдруг, широко открылись обе двери, и в зал вошел человек огромного роста в очках. Его седые волосы ниспадали до плеч. Легкая, прозрачная, белая кружевная борода покоилась на груди. Губы под усами были крепко сжаты. Большие белые руки перебирали черные матовые четки.

Человек медленно вошел в зал и сел в первом ряду. Председательствующий обратился к нему с просьбой занять место в президиуме. Он поднялся прошел на подмостки и сел в предложенное ему кресло.

Это был профессор Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий.

В конце 1943 года вышло второе издание "Очерки гнойной хирургии", переработанное и увеличенное почти вдвое, а в 1944 году - книга "Поздние резекции инфицированных огнестрельных ранений суставов".

Есть сведения, что он состоял членом Академии Медицинских Наук. Впрочем, в официальных биографиях данных об этом не имеется.

Кроме трудов на медицинские темы, архиеп. Лука составил много проповедей и статей духовно-нравственного и патриотического содержания.

В 1945-1947 гг. он работал над большим богословским трудом - "Дух, душа и тело", - в котором разрабатывал вопрос о душе и духе человека, а также учение Св. Писания о сердце, как органе богопознания. Много времени уделял он и на укрепление приходской жизни. В 1945 году высказывал мысль о необходимости избрания патриарха по жребию.

В 1945-1947 годах им закончена работа над эссе "Дух, душа и тело", начатая в начале 20-х годов.


Архиепископ Лука в окружении паствы

Архиепископ Симферопольский и Крымский

В мае 1946 года назначен архиепископом Симферопольским и Крымским.


В Симферополе он опубликовал три новые медицинские работы, но зрение его становилось все хуже. Левый глаз его уже давно не видел света, а в это время и на правом стала зреть катаракта, осложненная глаукомой.

В 1958 году архиепископ Лука совсем ослеп. Однако, как вспоминает протоиерей Евгений Воршевский, даже такой недуг не мешал владыке совершать богослужения. Архиепископ Лука входил без посторонней помощи в храм, прикладывался к иконам, читал наизусть богослужебные молитвы и Евангелие, помазывал елеем, произносил проникновенные проповеди. Ослепший архипастырь также продолжал управлять Симферопольской епархией в течение трех лет и иногда принимать больных, поражая местных врачей безошибочными диагнозами. Практическую врачебную деятельность он оставил еще в 1946 году, но продолжал помогать больным советами. Епархией же управлял до самого конца с помощью доверенных лиц. В последние годы своей жизни он только слушал, что ему читают и диктовал свои работы и письма.


Похороны архиепископа Луки, Симферополь, 1961 год


О характере архиепископа Луки давались самые разноречивые отзывы. Говорили о его спокойствии, скромности и доброте, и в то же время, о его высокомерии, неуравновешенности, заносчивости, болезненном самолюбии. Можно думать, что человек, проживший такую долгую и трудную жизнь, до предела насыщенную самыми разнородными впечатлениями, мог проявлять себя по-разному. Вполне возможно, что его громадный авторитет в области хирургии, привычка к безусловному повиновению окружающих, особенно во время операций, создала у него нетерпимость к чужим мнениям даже в тех случаях, когда его авторитет вовсе не являлся непререкаемым. Такая нетерпимость и властность могли быть и очень тяжелы для окружающих. Словом, это был человек, с неизбежными у всякого человека недостатками, но в то же время стойкий и глубоко верующий. Достаточно было посмотреть, как проникновенно, со слезами, совершал он литургию, чтобы убедиться в этом.

Занявшись богословскими науками уже в возрасте сорока с лишним лет, архиеп. Лука, естественно, не мог достигнуть в этой области такого совершенства, как в медицине; или какого достигли некоторые другие архиереи, всю жизнь посвятившие только богословию. Он допускает промахи, иногда довольно серьезные. В его основном богословском труде "Дух, душа и тело" встречаются весьма спорные мнения, а статья "О посылке Иоанном Крестителем учеников к Господу Иисусу Христу с вопросом, Он ли Мессия", - и вообще была запрещена и не печаталась. Зато проповеди его, которым владыка придавал исключительное значение, считая их неотъемлемой частью богослужения, отличаются простотой, искренностью, непосредственностью и самобытностью.

Почитание

В ноябре 1995 г. Указом Священного Синода Украинской Православной Церкви архиепископ Лука был причислен к лику местночтимых святых. А 20 марта 1996 г. в Симферополе мощи святителя Луки были перенесены с кладбища у Всехсвятской церкви крестным ходом в Свято-Троицкий собор. Отныне каждое утро, в 7 часов, в кафедральном Свято-Троицком соборе Симферополя совершается акафист Святителю у его раки.

2 июля 1997 г. в Симферополе, городе, где святитель жил в 1946-1961 гг. ему открыт памятник.

В августе 2000 года на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви он был канонизирован для общецерковного почитания.

Множество случаев исцеления после молитвенного обращения к святителю Луке зафиксированы документально. В 2001 году из Греции привезли серебряную раку для его мощей – греки чтут крымского святителя, множество людей исцелилось там по молитвам к нему. В настоящее время на Украине, в России, Греции открыто много храмов во имя святителя Луки.

* * *


Тропарь

Глас 1

В озвестителю пути спасительного, исповедниче и архипастырю Крымския земли, истинный хранителю отеческих преданий, столпе непоколебимый, Православия наставниче, врачу богомудрый, святителю Луко, Христа Спаса непрестанно моли веру непоколебиму православным даровати и спасение, и велию милость.

Кондак

Глас 1

Я коже звезда всесветлая, добродетельми сияющи, был еси святителю, душу же равноангельну сотворил, сего ради святительства саном почется, во изгнании же от безбожных много пострадал и непоколебим верою пребыв, врачебною мудростию многия исцелил еси. Темже ныне честное тело твое от земленных недр обретенное дивно Господь прослави, да вси вернии вопием ти: радуйся, отче святителю Луко, земли Крымстей похвало и утверждение.

Молитва

О всеблаженный исповедниче, святителю отче наш Луко, великий угодниче Христов! Со умилением приклоньше колена сердец наших, и припадая к раце честных и многоцелебных мощей твоих, якоже чадо отца молилм тя всеусердно: услыши нас грешных и принеси молитву нашу к милостивому и человеколюбцу Богу, Емуже ты ныне в радости святых и с лики ангел предстоиши. Веруем бо, яко ты любиши ны тою же любовию еюже вся ближния возлюбил еси, пребывая на земли. Испроси у Христа Бога нашего да утвердит во святей своей Православней Церкви дух правыя веры и благочестия: пастырям ея да даст святую ревность и попечение о спасении вверенных им людей: право верующия соблюдати, слабыя и немощныя в вере укрепляти, неведущия наставляти, противная обличати. Всем нам подай дар коемуждо благопотребен, и вся яже к жизни временней и к вечному спасению полезная. Градов наших утверждение, земли плодоносие, от глада и пагубы избавление. Скopбящим утешение, недугующим исцеление, заблудшим на путь истины возвращение, родителем благословение, чадом в страсе Господнем воспитание и научение, сирым и убогим помощь и заступление. Подаждь нам всем твое архипастырское и святое благословение, да тобою осеняеми избавимся от козней лукаваго и избегнем всякия вражды и нестроений, ересей и расколов. Даруй нам богоугодно прейти поприще временной жизни, настави нас на путь ведущий в селения праведных, избави нас воздушных мытарств и моли о нас всесильнаго Бога, да в вечней жизни с тобою непрестанно славим Отца и Сына и Святаго Духа, Емуже подобает всякая сладва, честь и держдва во веки веков. Аминь.

Краткая биография

Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий родился $27$ апреля $1877$ года в Керчи. Имя Лука, под которым также известен Войно-Ясенецкий, он получил при постриге в честь врача Святого апостола Луки.

Валентин обучался в гимназии и в художественном училище в Киеве. После окончания Войно-Ясенецкий отправился в Петербург поступать в Академию художеств, но понял, что его дело – это помощь больным людям. В результате юноша предпочел медицинский факультет, который окончил с отличием.

Замечание 1

Наиболее, как считал молодой врач, в его помощи нуждаются жители «глубинки», поэтому карьерному росту Войно-Ясенецкий предпочел работу простым земским лекарем. Однако в этот момент началась русско-японская война, и молодой хирург в составе отряда Красного Креста отправился на Дальний Восток. Именно там в $1904$ году в Чите Войно-Ясенецкий начал самостоятельную практику, ему было доверено целое хирургическое отделение.

Спустя некоторое время уже вместе с молодой женой он переехал в Симбирскую губернию в городок Ардатов, где Войно-Ясенецкий стал главным врачом местной маленькой больницы. Ему приходилось очень много работать.

В связи с накапливающейся усталостью в скором времени хирург оставил больницу и перебрался в село Верхний Любаж Курской губернии, где он принимал пациентов на дому, так как больница не была достроена. Здесь ему приходилось бороться с эпидемиями тяжелых инфекций: брюшного тифа, оспы и кори.

В $1907$ году Валентин Феликсович был переведен в Фатеж, но проработал там недолго, так как отказался прервать прием ради вызова председателя управы. Врач был уволен и назван «революционером».

После этого, оставив семью у родных жены на Украине, Войно-Ясенецкий поехал в Москву и устроился на работу в клинику Петра Дьяконова, где его основной целью была подготовка докторской диссертации на тему регионарной анестезии, что не приносило ему денег. Поэтому параллельно в $1909$ году Валентин Феликсович устроился в больницу села Романовка Саратовской губернии главным врачом, а чуть позднее городка Переславль-Залесский под Владимиром.

В $1916$ году Войно-Ясенецкий защитил диссертацию. Одним из самых сложных периодов для Валентина Феликсовича стал $1917$ год. Он обнаружил у своей жены туберкулез легких. Считая, что теплый климат может помочь в излечении он перевозит с семью в Ташкент и устраивается главврачом в городскую больницу. В октябре $1919$ года Войно-Ясенецкий потерял жену.

Вскоре хирурга назначили преподавателем анатомии в новой краевой мед.школе, а через полгода он стал еще и сотрудником медицинского факультета Туркестанского университета.

В феврале $1921$ года хирург Войно-Ясенецкий стал священником, а чуть позже в $1923$ году постригся в монахи и был возведен в сан епископа, хотя не оставил работу хирурга, главврача и руководителя кафедры.

В Ташкенте Войно-Ясенецкого забрали в тюрьму. Три года он провел в лагере. А в $1926$ году, когда он вернулся в Ташкент, ему было запрещено все, чем он занимался. Войно-Ясенецкий вел службы в церкви Сергия Радонежского и бесплатно вел прием больных.

Однако в мае $1930$ года на его плечи снова обрушивается несчастие. Его арестовывают и отправляют с ссылку на три года за якобы подстрекательство профессора Михайловского к самоубийству.

Вновь вернувшись в Ташкент Войно-Ясенецкий устроился заведующим нового отделения гнойной хирургии в Институте неотложной помощи. Весной $1934$ года после перенесенной лихорадки паппатачи Валентин Феликсович ослеп на один глаз. Однако это не помешало ему стать главой хирургической кафедры Института усовершенствования врачей.

В конце $1937$ Войно-Ясенецкого вновь арестовали с обвинением в преднамеренных убийствах пациентов во время операций. Он пережил $13$-дневный допрос конвейерным методом, четыре года провел между камерами и больницами, но все перенес и так и не отрекся от сана священника. Был сослан в Сибирь в село Большая Мурта в марте $1940$ года. В конце сентября $1941$ после многочисленных просьб, его перевели в Красноярск для лечения раненых.

По началу на него смотрели с опаской, однако русская православная церковь существенно поддерживала оборону, и отношение к ней в правительстве стало меняться. В результате Валентину Феликсовичу было предоставлено все необходимое для жизни. В начале $1944$ часть госпиталей из Красноярска были переброшены в Тамбов, туда же попал и Войно-Ясенецкий, став во главе местной епархии. В $1946$ году Войно-Ясенецкий был назначен архиепископом Симферопольским и Крымским.

В $1958$ году архиепископ Лука потерял зрение, однако от операции отказался, так как считал, что должен принять волю Божию. Тем не менее продолжал свою архиерейскую службу до конца жизни.

$11$ июня $1961$ года, Войно-Ясенецкий скончался. Множество людей приехало попрощаться с архиепископом.

Вклад в медицину

Замечание 2

У великого врача была полная испытаний жизнь, но несмотря на это, Войно-Ясенецкий с удивительной человечностью относился к людям, он не только спасал жизни, но запоминал каждого своего больного на всю жизнь. Такой подход великий врач старался передать и своим ученикам. Он отмечал, что важнейшим в работе хирурга является лечение не болезни, а больного, и подход не к случаю, а к живому страдающему человеку.

В $1921$ году им была представлена собственная методика хирургического лечения абсцессов печени. Много сил он потратил на изучение механизмов развития гнойных процессов, результатом чего стал доклад в $1922$ году на $I$ съезде работников медицины Туркестанской республики. Также, Войно-Ясенецкий сделал несколько сообщений о методах оперативного лечения туберкулеза и гнойных воспалительных процессов различных локализаций. Наиболее известным трудом, который и сегодня является настольной книгой каждого хирурга стали «Очерки гнойной хирургии».

Еще работая в Романовке, Валентин Феликсович проводил сложнейшие операции на желудочно-кишечном тракте, почках, мозге, глазах и сердце, будучи одним из первых в стране. В $1915$ году была опубликована его книга «Региональная анестезия», за которую получил премию имени Хойнацкого.

Интересным фактом является то, что после арестов имя хирурга было стерто из официальной медицины, и даже были уничтожены «Очерки гнойной хирургии».

В $1944$ году Валентином Феликсовичем была окончена книга, посвященная лечению инфицированных огнестрельных ранений суставов, где он в том числе описал тактику ведения больных с остеомиелитом. Благодаря ему раненых не только научились спасать, но и возвращать им возможность самостоятельного передвижения.

В $1946$ Войно-Ясенецкий получил Сталинскую премию за разработку новых оперативных способов лечения гнойных ран и заболеваний.

Память 29 мая / 11 июня

Из книги , вышедшей в издательстве Сретенского монастыря.

Святитель Лука (в миру Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий) родился в 1877 году в городе Керчи, в Крыму, в дворянской семье польского происхождения. С детства он увлекался живописью и решил поступить в Санкт-Петербургскую академию художеств. Однако во время вступительных экзаменов им овладело сомнение, и он решил, что не имеет права делать то, что нравится, а нужно трудиться, чтобы облегчить страдания ближнего. Так, прочитав слова Спасителя о делателях жатвы (см.: Мф. 9: 37), он воспринял призыв служить людям Божиим.

Валентин решил посвятить себя медицине и поступил на медицинский факультет Киевского университета. Талант художника помогал ему в скрупулезных анатомических исследованиях. Он блестяще закончил обучение (1903) накануне русско-японской войны, и его карьера врача началась в госпитале в городе Чите. Там он познакомился и сочетался браком с сестрой милосердия, у них родилось четверо детей. Затем он был переведен в больницу города Ардатова Симбирской губернии, а позже в Верхний Любаж Курской губернии.

Работая в больницах и видя последствия, которые бывают при общей анестезии, он пришел к заключению, что в большинстве случаев ее необходимо заменить на местный наркоз. Несмотря на скудное оснащение в больницах, он успешно провел большое число хирургических операций, что привлекло к нему и пациентов из соседних уездов. Он продолжил работать хирургом в селе Романовка Саратовской области, а затем был назначен главным врачом больницы на 50 коек в Переславле-Залесском. Там он по-прежнему много оперировал, продолжая вести научные исследования.

В 1916 году в Москве Валентин Феликсович успешно защитил докторскую диссертацию на тему местной анестезии и начал работать над большой монографией по гнойной хирургии. В 1917 году, когда в больших городах гремели раскаты революции, он был назначен главным врачом Ташкентской городской больницы и поселился с семьей в этом городе. Вскоре супруга его скончалась от туберкулеза. Во время ухода за умирающей в голову ему пришла мысль просить свою операционную сестру взять на себя заботу по воспитанию детей. Она согласилась, а доктор Валентин смог продолжать свою деятельность как в больнице, так и в университете, где он вел курс анатомии и хирургии.

Он часто принимал участие в диспутах на духовные темы, где выступал с опровержениями тезисов научного атеизма. По окончании одного из таких собраний, на котором он долго и вдохновенно выступал, епископ Иннокентий отвел его в сторону и сказал: «Доктор, вам надо быть священником». Хотя Валентин никогда и не помышлял о священстве, он тотчас принял предложение иерарха. В ближайшее же воскресенье он был рукоположен в диакона, а через неделю возведен в сан иерея.

Он одновременно трудился как врач, как профессор и как священник, служа в соборе только по воскресеньям и приходя на занятия в рясе. Он совершал не так много служб и таинств, но усердствовал в проповедничестве, а свои наставления дополнял духовными беседами на животрепещущие темы. Два года подряд он участвовал в общественных диспутах с отрекшимся священником, ставшим руководителем антирелигиозной пропаганды в регионе и умершим впоследствии жалкой смертью.

В 1923 году, когда так называемая «Живая церковь» спровоцировала обновленческий раскол, внеся раздоры и смущение в лоно Церкви, епископ Ташкентский вынужден был скрыться, возложив управление епархией на отца Валентина и еще одного протопресвитера. Ссыльный епископ Андрей Уфимский (кн. Ухтомский), находясь в городе проездом, одобрил избрание отца Валентина в епископат, совершенное собором духовенства, сохранившего верность Церкви. Потом тот же епископ постриг Валентина в его комнате в монахи с именем Лука и отправил в небольшой городок недалеко от Самарканда. Здесь жили два ссыльных епископа, и святитель Лука в строжайшей тайне был хиротонисан (18 мая 1923 г.). Через полторы недели после возвращения в Ташкент и после своей первой литургии он был арестован органами безопасности (ГПУ), обвинен в контрреволюционной деятельности и шпионаже в пользу Англии и осужден на два года ссылки в Сибирь, в Туруханский край.

Путь в ссылку проходил в ужасающих условиях, но святой врач провел не одну хирургическую операцию, спасая от верной смерти страждущих, которых ему приходилось встречать на своем пути. В ссылке он также работал в больнице и сделал много сложных операций. Он имел обыкновение благословлять больных и молиться перед операцией. Когда же представители ГПУ попытались запретить ему это, они натолкнулись на твердый отказ епископа. Тогда святителя Луку вызвали в управление госбезопасности, дали полчаса на сборы и отправили в санях на берег Ледовитого океана. Там он зимовал в прибрежных поселениях.

В начале Великого поста его отозвали в Туруханск. Доктор вернулся к работе в больнице, так как после его высылки она лишилась единственного хирурга, что вызвало ропот местного населения. В 1926 году он был освобожден и вернулся в Ташкент.

На следующую осень митрополит Сергий назначил его сначала в Рыльск Курской епархии, затем в Елец Орловской епархии в качестве викарного епископа и, наконец, на Ижевскую кафедру. Однако по совету митрополита Арсения Новгородского владыка Лука отказался и попросился на покой - решение, о котором он горько пожалеет впоследствии.

Около трех лет он спокойно продолжал свою деятельность. В 1930 году его коллега по медицинскому факультету профессор Михайловский, потеряв рассудок после смерти сына, решил оживить его с помощью переливания крови, а затем покончил жизнь самоубийством. По просьбе вдовы и учитывая психическую болезнь профессора, владыка Лука подписал разрешение захоронить его по церковному обряду. Коммунистические власти воспользовались этой ситуацией и обвинили епископа в пособничестве убийству профессора. По их мнению, владыка из религиозного фанатизма помешал Михайловскому воскресить усопшего с помощью материалистической науки.

Епископ Лука был арестован незадолго до разрушения церкви святого Сергия, где проповедовал. Его подвергали непрерывным допросам, после которых уводили в душный карцер, что подорвало его и без того пошатнувшееся здоровье. Протестуя против бесчеловечных условий содержания, святитель Лука начал голодовку. Тогда следователь дал слово, что отпустит его, если он прекратит голодовку. Однако он не сдержал слова, и епископ был осужден на новую трехлетнюю ссылку.

Снова путь в ужасающих условиях, после которого работа в больнице в Котласе и Архангельске с 1931 по 1933 год. Когда у владыки обнаружилась опухоль, он отправился на операцию в Ленинград. Там однажды во время службы в церкви он пережил потрясающее духовное откровение, напомнившее ему начало его церковного служения. Затем епископа перевели в Москву для новых допросов и сделали интересные предложения относительно научных исследований, но при условии отречения от сана, на что святитель Лука ответил твердым отказом.

Освобожденный в 1933 году, он отказался от предложения возглавить свободную епископскую кафедру, желая посвятить себя продолжению научных исследований. Он вернулся в Ташкент, где смог работать в небольшой больнице. В 1934 году был опубликован его труд «Очерки гнойной хирургии», ставший вскоре классикой медицинской литературы.

Во время работы в Ташкенте владыка заболел тропической болезнью, которая привела к отслоению сетчатки глаз. Тем не менее он продолжал врачебную деятельность вплоть до 1937 года. Жестокие репрессии, учиненные Сталиным не только против правых оппозиционеров и религиозных деятелей, но также и против коммунистических деятелей первой волны, заполнили миллионами людей концлагеря. Святитель Лука был арестован вместе с архиепископом Ташкентским и другими священниками, сохранившими верность Церкви и обвиненными в создании контрреволюционной церковной организации.

Святитель был подвергнут допросу «конвейером», когда 13 дней и ночей в ослепляющем свете ламп следователи, сменяя друг друга, беспрерывно вели допрос, вынуждая его оговорить себя. Когда епископ начал новую голодовку, его, обессиленного, отправили в казематы госбезопасности. После новых допросов и пыток, истощивших его силы и приведших в состояние, когда он уже не мог контролировать себя, святитель Лука дрожащей рукой подписал, что признает свое участие в антисоветском заговоре.

Так в 1940 году он в третий раз был отправлен в ссылку, в Сибирь, в Красноярский край, где после многочисленных прошений и отказов смог добиться разрешения работать хирургом и даже продолжить в Томске научные исследования. Когда произошло вторжение гитлеровских войск и началась война (1941), стоившая миллионов жертв, святитель Лука был назначен главным хирургом красноярского госпиталя, а также ответственным за все военные госпитали края. При этом он служил епископом в епархии края, где, как гордо сообщали коммунисты, не осталось ни одной действующей церкви.

Митрополит Сергий возвел его в сан архиепископа. В этом сане он принял участие в Соборе 1943 года, на котором был избран патриархом митрополит Сергий, а сам святитель Лука стал членом постоянного Синода.

Так как во время войны религиозные преследования несколько ослабли, он приступил к обширной программе возрождения религиозной жизни, с удвоенной энергией отдавшись проповедничеству Когда красноярский госпиталь был переведен в Тамбов (1944), он поселился в этом городе и управлял епархией, в то же время работая над публикацией различных медицинских и богословских трудов, в частности апологии христианства против научного атеизма, озаглавленной «Дух, душа и тело». В этой работе святитель защищает принципы христианской антропологии при помощи твердых научных аргументов.

В феврале 1945 года за архипастырскую деятельность святитель Лука был награжден правом ношения креста на клобуке. За патриотизм он удостоился медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 г.».

Через год архиепископ Тамбовский и Мичуринский Лука стал лауреатом Сталинской премии первой степени за научную разработку новых хирургических методов лечения гнойных заболеваний и ранений, изложенных в научных трудах «Очерки гнойной хирургии» и «Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранениях суставов».

В 1946 году он был переведен в Крым и назначен архиепископом Симферопольским. В Крыму он был вынужден прежде всего бороться с нравами местного духовенства. Он учил, что сердце священника должно стать огнем, излучающим свет Евангелия и любви ко Кресту, будь то слово или собственный пример. Из-за болезни сердца святитель Лука был вынужден прекратить оперировать, но продолжал давать бесплатные консультации и оказывать помощь местным врачам советами. По его молитвам произошло множество чудесных исцелений.

В 1956 году он полностью ослеп, но по памяти продолжал служить Божественную литургию, проповедовать и руководить епархией. Он мужественно противостоял закрытию церквей и различным формам преследований от властей.

Под грузом прожитого, исполнив дело свидетельства о Господе, Распятом во имя нашего спасения, епископ Лука мирно упокоился 29 мая 1961 года. На его похоронах присутствовало все духовенство епархии и огромная толпа людей, а могила святителя Луки вскоре стала местом паломничества, где по сей день совершаются многочисленные исцеления.

Составитель — иеромонах Макарий Симонопетрский,
адаптированный русский перевод — издательство Сретенского монастыря

Поделитесь с друзьями или сохраните для себя:

Загрузка...